Make your own free website on Tripod.com

С. С. Масчан

Последние годы жизни академика А. И. Берга

Аксель Иванович Берг прожил долгую и замечательную жизнь. Он родился в Оренбурге 10 ноября 1893 г. в семье русского генерала шведского происхождения. Мать Акселя Ивановича была начальницей женской гимназии в Царском Селе. Благородными были семейные традиции Бергов — уважение к человеку, верность слову, любовь к труду, стремление к знанию. В А. И. Берге удивительно гармонично сочетались аристократизм и подлинный глубокий демократизм. В его жизни не было спадов, не было остановок, а только стремление вперед. Конечно, случались трудности, мрачные дни, даже трагедии (арест в 1937 г.), но это были события его жизни, а не состояние духа; не внутренний настрой.

А. И. Берг уже в конце жизни говорил, что он счастливый человек, так как все свои мечты и замыслы он успел воплотить. Простое перечисление этапов его жизни подтверждает его слова. В 11 лет А. И. Берг поступает в Александровский кадетский корпус. Начинается военное образование, ко­торое во многом определило его судьбу. Первую мировую войну он встре­тил младшим штурманом линейного корабля «Цесаревич» царского флота, а в конце ее становится командиром подводной лодки Красного Балтийско­го флота. В годы Великой Отечественной войны Аксель Иванович является крупнейшей фигурой в развитии радиотехнического и радиоэлектронного вооружения Советского Союза. В 1953–1957 гг. А. И. Берг — заместитель министра обороны СССР. И до конца своих дней адмирала А. И. Берга глу­боко волновали проблемы, связанные с армией и флотом. Но уже в 20‑е го­ды, будучи слушателем Военно-морской академии в Петрограде, Аксель Иванович начинает свою научную и педагогическую деятельность. В 30–40‑х годах он является видным ученым в области радиотехники и радио­электроники. В 1946 г. он становится действительным членом Академии наук. Отличительной чертой ученого был организационный талант. Он брался за грандиозные и трудные задачи с большой страстностью и удиви­тельным бескорыстием. На протяжении своей жизни А. И. Берг создал мно­го научных коллективов, которые успешно работали под его руководством. Последним его детищем — учреждением, в котором он прожил (прорабо­тал — сказать о нем мало) свои последние 20 лет, был Научный совет по комплексной проблеме «Кибернетика» при Президиуме АН СССР (НСК). Об этом периоде я хочу попробовать рассказать, так как на мою долю выпа­ло большое счастье быть с ним рядом все эти годы (в качестве ученого сек­ретаря Совета).

В книге И. Радунской «Аксель Берг» (М.: Молодая гвардия, 1971) этот период был назван «Жизнь третья». После тяжелого инфаркта, больниц и санаториев Берг просит освободить его от обязанностей заместителя ми­нистра обороны и переходит на постоянную работу в Академию наук. Сно­ва любимая наука... И Берг не был бы Бергом, если бы и здесь не вышел на передовые рубежи, если бы не понял, что главными в научно-техническом прогрессе становятся электронные вычислительные машины и наука об ин­формации и управлении — кибернетика. О борьбе А. И. Берга за идеи ки­бернетики, о его резкой полемике с теми, кто не принимал нового направле­ния, написано уже много. А. И. Берг со свойственной ему энергией начина­ет пропагандировать кибернетические идеи. Он много выступает. Делает доклады в Академии наук и учебных институтах, пишет в центральных га­зетах и журналах, в сборнике «Агитатор», в газете «Бакинский рабочий». Очень характерны названия его статей: «Кибернетика и жизнь», «Киберне­тика и технический прогресс», «Будущее за кибернетикой», «Медицина и электроника», «Может ли машина думать?». У А. И. Берга была красная папка под названием «Антикибернетика». В нее он собирал и классифици­ровал вырезки из газет и журнальных статей, в которых осуждалась кибер­нетика; Аксель Иванович все грозил издать этот ценный материал для по­томства.

Счастливый случай привел меня в 1961 г. в Научный совет, который в это время создавался как самостоятельное учреждение Академии наук. Фи­лолог по образованию, я предполагала заниматься там издательской дея­тельностью. Пригласил меня доктор физико-математических наук Яков Исаевич Хургин — заместитель академика Берга. Первый штат Совета со­стоял из трех человек: Я. И. Хургин, я (зачисленная на должность научного сотрудника, а вскоре — ученого секретаря) и лаборант. Со стилем работы А. И. Берга я познакомилась раньше, чем встретилась с ним лично. Аксель Иванович был в это время в больнице. В нашу задачу входило в те первые недели держать его в курсе всего того, что происходило вокруг борьбы за кибернетику. Ежедневно мы готовили свежие материалы: это были и по­становления разных комиссий, материалы заседаний, газеты, новые зару­бежные издания. И очень быстро получали из больницы реакцию. Первое, что было в записке: мало! Почему нет такого-то материала, который кто-нибудь обещал ему передать «100 лет назад»? Почему стенограмма не пол­ная? Почему есть ошибки в письме? И т. д., и т. п. Но все эти замечания де­лались в удивительно уважительном тоне, с милым юмором. Слова «пожа­луйста», «спасибо» встречались в записках много раз.

Вскоре появился Аксель Иванович — очень обаятельный, собранный, увлеченный до страстности и настолько бескорыстно преданный делу, что всех вокруг заражал своим рвением. Очень точно пишет о нем профессор Б. В. Гнеденко: «В общении Аксель Иванович производил чарующее впе­чатление — как человек, увлеченный делом, не терпящий лжи и фальши, не переносящий работы вполсилы; он сам отдавал себя работе целиком и счи­тал, что так должен поступать каждый» (Б. В. Гнеденко. Отстаивая исследо­вательский поиск // Путь в большую науку: академик Аксель Берг. М.: На­ука, 1988, с. 147–150).

Создание Совета проходило быстро, так как любая бумага, подписанная Бергом быстро «срабатывала». Первый доклад на Президиуме АН был сде­лан академиком А. И. Бергом 10 апреля 1959 г.

Доклад так интересен по постановке задач и так ярко выражает личность А. И. Берга, что хотелось бы привести несколько цитат.

«В настоящее время,— начал свой доклад А. И. Берг,— еще не сущест­вует общепринятого, точного определения термина „кибернетика“, введен­ного Ампером в 1843 г. Про кибернетику можно сказать, что ее методами человечество пользовалось всегда, но только не применяя этого термина, если можно так выразиться, бессознательно, подобно тому, как оно пользу­ется весьма давно речью для обмена информацией, причем в большинстве случаев люди говорят прозой, а некоторые этого не знают». И далее следует краткое определение: «Кибернетику можно назвать наукой о целеустрем­ленном управлении развивающимися процессами».

Подводя итоги работы комиссии, А. И. Берг отмечает, что это только первая попытка «теоретического обоснования и широкого обобщения основных проблем кибернетики» и поэтому в рекомендациях, разработан­ных ею для Президиума АН СССР, содержится общее одобрение основной идеи записки[1] — признать, что кибернетические проблемы должны ре­шаться во всех отделениях АН СССР, причем отделение физико-математи­ческих наук должно играть ведущую роль в разработке научной проблемы в целом. И последняя рекомендация: иметь в составе АН СССР постоянный научный совет по кибернетике. В докладе ставятся конкретные задачи Со­вета: создание перспективного плана по проблеме «Общие вопросы кибер­нетики» на 1959–1965 гг., а также расширение и координирование исследо­ваний по кибернетике. «Если этого не сделать,— заявил А. И. Берг,— те­перь же, то Академия наук рискует остаться в глубоких тылах по разработ­ке важнейших проблем, решение которых необходимо для скорейшего и наиболее эффективного развертывания работ». Берг не может пройти мимо недооценки кибернетики: «Я обязан специально отметить, что со стороны некоторых ученых и руководящих работников в различных областях на­родного хозяйства наблюдается проявление:

а) полной неосведомленности о том, что такое кибернетика;

б) вытекающие из этой неосведомленности и отрыва от жизни отрица­тельное отношение к разработке и практическому использованию киберне­тики;

в) основанное на этой неосведомленности непризнание „априори“ всего нового и непривычного, что содержится в проблемах кибернетики, со ссылкой на признанные авторитеты».

И заключает: «Огромный вред, наносимый всем сказанным, трудно пе­реоценить».

«Нам не следует также стыдиться греческого слова, введенного Ампе­ром, и повторно, в условиях широкого использования методов электронной автоматики, примененного американским ученым Винером. Книги Винера у нас, наконец, с опозданием на 10 лет переведены, и после этого советские ученые и инженеры не отступились от материалистической философии и экономического учения великого Карла Маркса». В этом утверждении весь А. И. Берг с его прямотой и принципиальностью ученого. Каждый, кто знал А. И. Берга, видит, читая эти строки, его энергичный жест, страстный голос и ироническую усмешку. Заканчивает Берг доклад перечислением русских ученых, которые своими замечательными трудами создали базу для науки об общих принципах управления. Это И. А. Вышнеградский, А. М. Ляпу­нов, А. А. Андронов, Б. В. Булгаков. «Мы имеем также,— заключает до­кладчик,— многочисленные молодые кадры, отлично подготовленные для дальнейшего развития проблем кибернетики. Поэтому необходимо принять меры для укрепления советской школы кибернетики». Если будет создан Научный совет по кибернетике, он будет считать это своей основной зада­чей. Это 1959 год! Отныне и до конца дней кибернетика, ее становление, развитие и внедрение методов новой науки станет смыслом жизни академи­ка А. И. Берга. Его энергия заражает многих крупных ученых самых раз­личных направлений. В приложении к протоколу Президиума дан список членов первого состава Научного совета по кибернетике. Заместителями А. И. Берга утверждаются доктор физико-математических наук А. А. Ляпу­нов и член-корреспондент АН УССР А. А. Харкевич. В совет вошли акаде­мики А. А. Дородницын, М. В. Келдыш, В. А. Котельников, В. С. Немчи­нов, члены-корреспонденты Б. Н. Петров, В. А. Трапезников, С. Н. Мерге­лян, член-корреспондент АН УССР В. М. Глушков, действительный член АМН СССР, вице-президент АМН СССР В. В. Парин. Ученым секретарем и помощником А. И. Берга становится М. Л. Цетлин — талантливый чело­век, увлеченный наукой, который отдал много сил и времени для становле­ния кибернетики в СССР.

А. И. Берг добился своего: сначала был создан Научный совет на об­щественных началах, а в 1961 г. сформировался его первый штат, и он стал Советом на правах института. Благодаря организационной деятельности А. И. Берга был создан уникальный Научный совет, предназначенный для координационной деятельности, в котором одновременно велись и научные исследования по отдельным направлениям кибернетики. Основными струк­турными подразделениями Совета являлись секции, координирующие ис­следования по определенным крупным направлениям. Здесь интересно от­метить сам принцип создания секции. Аксель Иванович всегда начинал с того, что выбирал направление, которое, как ему казалось, может и должно применять и развивать методы кибернетики. Много читал, приглашая к се­бе специалистов в этой области, и только тогда, когда находил ученого-еди­номышленника, приглашал его возглавить секцию. В течение года вокруг Берга собрались крупнейшие ученые самых разных профилей. Это были В. В. Парин (биология и медицина), В. С. Немчинов (экономика), Н. Г. Бру­евич (надежность), В. И. Сифоров (теория информации), Н. И. Жинкин, Б. Ф. Ломов (психология), М. А. Гаврилов, Я. З. Цыпкин (техническая ки­бернетика), В. В. Иванов (лингвистика), Б. С. Сотсков, В. М. Ахутин (био­ника), А. Г. Спиркин (философия) и многие другие. Создавались институты кибернетики в республиках, новые лаборатории в институтах Академии на­ук, проводились бесчисленные конференции, семинары и симпозиумы. И все это проходило через кабинет А. И. Берга. Сюда он приглашал (слово «вызывал» к стилю работы Акселя Ивановича не подходит) председателей секций, директоров институтов, председателей оргкомитетов. Непонятно, когда он успевал прочитать такое количество книг, журналов, диссертаций, тезисов докладов. Особо хочется отметить, как внимательно подходил Берг к отбору ученых в состав групп, направляемых за рубеж. Он старался при­гласить к себе каждого, кто должен был поехать по рекомендации Совета за границу. Проверял, владеет ли он иностранным языком, расспрашивал о со­держании предстоящего доклада, давая напутствия, делился воспоминания­ми о своих поездках за границу. С особым подъемом встречал Аксель Ива­нович ученых, вернувшихся из зарубежных командировок. Эти беседы бы­ли всегда долгими, они его глубоко интересовали, он внимательно слушал, задавал вопросы, пытался понять, какова польза от поездки, какая новая на­учная информация получена.

В отчете за 1967 г. сказано, что к работе НСК на общественных началах привлечено более 800 человек, в том числе 14 академиков, 30 членов-кор­респондентов, около 200 докторов наук и свыше 350 кандидатов наук. А в самом Совете было всего 26 штатных единиц, из них 15 научных сотрудни­ков, на которых ложилась вся работа по секциям, издательским делам. При этом ряд сотрудников вел серьезную научную работу. Берговский демокра­тизм, его увлеченность, уважение к людям — все это создавало неповтори­мую атмосферу жизни маленького коллектива. Сотрудники Совета в меру своих сил старались помогать А. И. Бергу в его огромной работе.

Верным показателем жизнестойкости и здоровья коллектива является его стабильность. За все годы работы А. И. Берга состав в Совете почти не ме­нялся. Все сотрудники проработали в Совете до смерти А. И. Берга. Кадро­вая политика Берга была очень проста. Научные сотрудники Совета были учеными секретарями секций. Для их поступления на работу нужно было только представление председателя секции. И всем председателям Берг за­давал один и тот же вопрос: «Толковый человек? Умеет работать?». Ника­кие биографии и характеристики его не интересовали. Показательным был прием в штат Совета Е. В. Марковой. Она была репрессирована, и в 1962 г., несмотря на полную реабилитацию, у нее возникали трудности с устройст­вом на работу. А. И. Берг подписал сразу приказ о ее зачислении, что не пе­реставало удивлять Е. В. Маркову долгое время. И Е. В. Маркова была од­ним из самых серьезных научных сотрудников, за время работы в Совете она защитила кандидатскую, а затем и докторскую диссертации[2].

На протяжении всех лет работы в Совете ритм рабочего дня Берга не ме­нялся. Ровно в 9.30 он был у себя в кабинете, всегда входил с большим тя­желым портфелем. (Очень не любил, когда кто-нибудь пытался помочь ему нести портфель. До глубокой старости Аксель Иванович был физически сильным человеком.) В портфеле всегда оказывались новые книги или жур­налы, среди них обязательно иностранные. Аксель Иванович утром (с 7 ча­сов утра он работал дома) успевал просмотреть книгу или прочесть статью и спешил с кем-нибудь поделиться этой информацией. А часто статья шла на ксерокс и рассылалась по секциям. Аксель Иванович сердился, когда быстро не получал отклика от членов секций.

Обычно А. И. Берг бывал на работе до двух часов дня. Все это время он напряженно работал. Но если проводилось заседание бюро секций, редкол­легии или оргкомитета конференции и к двум часам оно не заканчивалось, то уговорить его уйти было бесполезно. Трудно было его уговаривать сде­лать перерыв, даже чтобы выпить стакан крепкого чаю с овсяным печеньем (все, кто бывал у Акселя Ивановича, пили чай с этим «обязательным» пече­ньем). Сам Аксель Иванович ел очень мало и призывал всех мало кушать, не курить и не пить спиртного. О борьбе с пьянством он говорил и во время публичных выступлений, и в частных беседах, и в печати. Однажды он да­же непосредственно принял физическое участие в этой борьбе.

На углу улиц Губкина и Вавилова стоял пивной ларек. Это очень раздра­жало Акселя Ивановича. Много раз он говорил о том, что ларек надо за­крыть, что там пьют пиво сотрудники академических институтов, а это по­зор. Как-то утром, проезжая на работу мимо ларька, он остановил машину и быстро вышел. Он был в адмиральской форме. Далее рассказ идет со слов очевидца — водителя машины. Берг у каждого в очереди спрашивал, в ка­ком институте он работает и почему не в лаборатории, а пьет пиво? Толпа быстро рассеялась, недопитые кружки остались на прилавке, продавщица на всякий случай закрыла окошко. Берг, довольный, сел в машину и, войдя в кабинет, рассказал, как он разогнал бездельников. Через несколько дней ларек закрыли. Может быть, это было просто совпадение, а может быть, ис­пугались «грозного адмирала». А сам адмирал радовался успеху, как ребе­нок.

Хочется немного подробнее остановиться на нашей «внутренней» жизни, рассказать об отношении Акселя Ивановича к нам — сотрудникам Совета, с кем он сталкивался ежедневно. Он хорошо нас всех знал, интересовался нашей жизнью, особенно нашими детьми. Готов был помочь в любом деле. Много с нами беседовал, на это своего времени не жалел. Эти беседы Аксе­ля Ивановича незабываемы. Он любил вспоминать гражданскую войну и особенно свои любимые подводные лодки. Все мы помним их названия: «Рысь», «Пантера», «Змея», «Волк». Вспоминал о тяжких днях, когда он был арестован и сидел в тюрьме. Рассказывал как-то по-особенному, по-берговски увлекательно, образно и поразительно точно. Помнил все имена, даты и прекрасно воспроизводил обстановку. Иногда повторялся, но гово­рил при этом, что такое можно послушать и два раза. Говорил, что он ни при каких обстоятельствах старался не тратить времени зря. Как пример приводил нам время, когда они с Туполевым сидели в одной камере и чита­ли друг другу лекции. Вспоминал, как он в годы Великой Отечественной войны 4 часа убеждал Сталина в необходимости развития радиолокации и убедил! Часто укорял нас, что мы не знаем как следует иностранные языки и добился того, что у Совета в течение двух лет были группы, в которых мы изучали, одни английский, а другие французский, языки с прекрасными преподавателями (сам он знал четыре языка).

Учил нас работать с документом: «Бумага без даты годится только для того, чтобы ее выбросить». Много позже, когда я разбирала архив Акселя Ивановича, я убедилась, что архив был в таком порядке, что не требовал никакой обработки. Все фотографии строго датированы и указано место съемки, все бумаги и письма разложены в отдельные папки. Он не был на­шим начальником, он был нашим старшим товарищем и всегда был к нам трогательно внимательным. Самым большим наказанием для нас было не­довольство Акселя Ивановича.

В первые годы работы в Совете А. И. Берг часто ездил в командировки и там тоже четко соблюдал свой рабочий ритм. Летом 1964 г. группа сотруд­ников была с ним в Киеве, где он хотел увидеть, как там применяется про­граммированное обучение. Аксель Иванович жил отдельно от нас — под Киевом, но рано, в 9 ч. утра, заезжал в нашу гостиницу, и мы с ним работа­ли до 4–5 часов лишь с небольшим перерывом на обед. Когда мы обедали вместе, он ужасался количеству поглощенной нами еды и боялся, что мы заболеем от обжорства. Всегда внимательно смотрел на бутылки, которые стояли на столе, и, убедившись, что это лимонад, немного отпивал, а потом всегда заказывал стакан «хорошего» чаю.

В Киеве произошел небольшой эпизод, который хорошо характеризует Акселя Ивановича. Программированным обучением в Совете занимался Александр Николаевич Захаров. Берг всегда выделял этого умного, обая­тельного человека и любил, чтобы Захаров бывал с ним на конференциях, заседаниях в Минвузе, на совещаниях в университете, в Институте психо­логии. И в этой командировке Аксель Иванович попросил Захарова, чтобы он жил с ним в гостинице под Киевом. Рабочий день кончался в 5 часов, и Берг с Захаровым уезжали. Однажды Захаров решил остаться на вечер в Киеве и вернулся в гостиницу только в 10 вечера. Зная, что Аксель Ивано­вич рано ложится спать, он снял туфли и хотел тихо пройти в свой номер, как вдруг распахнулась дверь, и на пороге появился Берг в халате и тюбе­тейке, приглашая зайти к нему. «Во-первых, обуйтесь. Вы так из Киева иде­те? — сказал, смеясь, Аксель Иванович.— А во-вторых, идите пить чай, я его укутал пледом, чтобы вы перед сном выпили горячего чаю». Больше За­харов не оставался по вечерам в Киеве.

В Совете была традиция поздравлять каждого с днем рождения. Аксель Иванович принимал активное участие в чаепитиях по этому поводу, но если не мог участвовать, уезжал куда-нибудь по делам, то обязательно днем по­здравлял, находя при этом какие-то удивительно хорошие слова. Особенно внимателен Аксель Иванович был к женщинам. Все годы в день 8 марта он писал милые открытки и приносил цветы и конфеты. Вот одно из таких по­здравлений:

«В праздник Международного женского дня поздравляю Вас, дорогие женщины нашего Совета, и от всей души желаю Вам на многие годы здоровья, счастья и удо­влетворенности работой в Совете. Обнимаю и целую всех Вас, дорогие друзья. Ваш А. Берг. 8 марта 1972 года».

 

Участие Акселя Ивановича в наших праздниках придавало им особое очарование. Все помнят рассказ Акселя Ивановича на одном из вечеров, по­священных годовщине Октябрьской революции. Он говорил о первых праздниках революции, рассказывал о Ленинграде 20‑х годов, об удиви­тельной жизни ученых тех бурных и трудных лет. Говорил долго, увлечен­но, а мы, затаив дыхание, слушали. Какой это был вечер, и как жаль, что так мало было слушателей!

Мы были тогда молоды, и атмосфера, которую создавал Аксель Ивано­вич, была такова, что всем хотелось быть вместе и в часы отдыха. В Совете проводились костюмированные вечера, ставились сценки, разыгрывались шарады, много было импровизаций, конкурсов на лучшие блюда и т. д. И Аксель Иванович нас нисколько не связывал, он веселился вместе с нами.

Сохранилась моя «режиссерская тетрадь» наших представлений. Какое разнообразие тем и какое количество исполнителей!

Вспоминается встреча «старого» нового 1963 года... Свечи, Дед Мороз. На горячее — печеная картошка. Аксель Иванович радуется, ест с удоволь­ствием. И снова начинаются воспоминания: рассказ о днях, когда картошка была мечтой.

Один из самых памятных наших вечеров — а их было много и все были очень веселыми — был вечер, когда мы праздновали 75-летие А. И. Берга. Нашей самодеятельностью была подготовлена художественная программа — «Жизнь Акселя Ивановича». Восьмилетний сын одной нашей сотрудни­цы изображал маленького Берга. В фуражке, с круглым миловидным ли­цом, он походил на ранние фотографии Берга — ученика Морского учили­ща — гардемарина. «Мать» говорила на иностранных языках. Это было детство. Потом — война, море, подводная лодка, революционные песни, Лариса Рейснер (о которой любил рассказывать Аксель Иванович), затем кабинет ученого радиотехника, снова война, а кончалось все появлением А. П. Филатовой, нашего бухгалтера, которая отличалась высокой, строй­ной фигурой, в шинели и фуражке Акселя Ивановича с портфелем. Она об­ходила всех женщин и целовала им руки. Аксель Иванович смеялся до слез над всей «постановкой», единственное, что его удивило, как это в гардеробе выдали его шинель!

Каждый, кто работал с Бергом, с любовью, а все больше с грустью, вспоминает его. У всех есть его книги с автографами, его фотографии, каж­дый помнит добро, которое Аксель Иванович сделал ему. А добра этого было очень много!

В 1965 г. в издательстве «Наука» вышла небольшая книга «Аксель Ива­нович Берг» в серии «Материалы к биографиям ученых СССР» (Радиотех­ника, вып. 2). В ней приведены основные даты жизни академика Берга, краткий очерк научной, педагогической и общественной деятельности, на­писанный профессором И. В. Бреневым, список литературы о жизни и тру­дах Акселя Ивановича и библиография его трудов. В 1971 г. появилась в из­дательстве «Молодая гвардия» книга И. Радунской «Аксель Берг — человек ХХ века». В ней описана биография Акселя Ивановича в виде нескольких жизней: Жизнь первая, Жизнь вторая, Жизнь третья и... еще одна Жизнь. Книга иллюстрирована большим числом фотографий. После смерти Акселя Ивановича удалось издать обширный сборник воспоминаний об академике Берге «Путь в большую науку: академик Аксель Берг» (М.: Наука, 1988). В этом сборнике около сорока статей разных авторов и несколько статей са­мого Берга. Сборник охватывает разные годы жизни Берга и содержит мно­го фотографий. Остался в память о Берге фильм, снятый в 1972 г. на студии «Ленфильм». Фильм небольшой, он воссоздает яркий, запоминающийся и очень похожий образ Акселя Ивановича Берга.


[1] Имеется в виду проблемная записка, выработанная комиссией для разработки перспективного плана по проблеме «Основные вопросы кибернетики».— Сост.

[2] Статья Е. В. Марковой «Эхо ГУЛАГа в Научном совете по кибернетике» публи­куется в настоящем разделе сборника.— Сост.

© С. С. Масчан, 1993. Опубликовано в: Академик Аксель Иванович Берг (К столетию со дня рождения). М.: Государственный политехнический музей, 1993, с. 65–75; несколько сокращённый вариант под заглавием «В Научном со­вете по комплексной проблеме „Кибернетика“...» публиковался в: Путь в боль­шую науку: академик Аксель Берг. М.: Наука, 1988, с. 202–214.